Previous Entry Share Next Entry
«Монумент должен быть восстановлен. Или воссоздан?»
artemijv
 
Эксперты в сфере охраны памятников истории и культуры Людмила Токменинова и Елена Двойникова о возвращении Краснознаменной группы на Плотинку Екатеринбурга
   
005.jpg
   
Продолжаем публикации с круглого стола «Краснознаменная группа: памятник или нет?». Слово экспертам в сфере охраны памятников истории и культуры — Елене Валентиновне ДВОЙНИКОВОЙ (архитектор, эксперт государственной экспертизы охранного зонирования памятников истории и культуры) и Людмиле Ивановне ТОКМЕНИНОВОЙ (архитектор, старший научный сотрудник УралГАХА, член Федерального Совета по сохранению исторического наследия Советского периода).
 
Елена Двойникова: Извините, мы сейчас посчитали с Людмилой Ивановной, значит, с момента его постановки до момента его демонтажа прошло 40 лет? В соответствии с законом, памятником можно называть объект не моложе 40 лет. Не знаю, обсуждался этот вопрос или не обсуждался при принятии решения о сносе, может даже обсуждался [чтобы] побыстрее его снести, пока 40 лет не наступило.
   

Артемий Брусницын: 39 лет. Памятник был установлен в 1974, через год после награждением орденом Ленина.
 
Людмила Токменинова: Можно считать с момента появления проекта.
 
Сергей Санок: Нет. Проект не является основанием.
   
Токменинова: Тем не менее, мы говорим об одном годе: смотришь, он уже и прошел, спорить не о чем. Почему Вы, Сергей Иосифович, считаете, что Краснознаменная группа не может быть памятником?
 
Санок: Ну просто по закону он не является памятником: не поставлен на учет, не выявлен по ФЗ №73.
 
Токменинова: Вот смотрите. Процесс выявления памятников, он беспрерывен и бесконечен, сорокалетний срок прибивания этой группы в самом видном месте и, между прочим, на территории уже существовавшего памятника, то есть плотины городского пруда...
   
Санок: В реестре нет и плотины городского пруда как памятника.
   
Токменинова: Хорошо, я не спорю: именно градостроительными паспортами я не занимаюсь, я только советскими памятниками. Но в любом случае, плотина городского пруда, вероятно, входит в комплекс, ансамбль? Ну не может это место быть не охваченным...
     
Двойникова: Да. У меня есть копия перечня памятников, относящихся к плотине.
   
Токменинова: Тем не менее, есть два пути. Вернемся к тем оговоркам, мягко скажем, которые стояли на пути восстановления Краснознаменной группы: экономический; технический; эстетическая составляющая этого памятника на сегодня. Я, честно говоря, не знаю, в каком состоянии это сооружение на сегодня пребывает...
 
Реплика из зала: Это не проблема, заново могут сделать. Завод Калинина может все что угодно.
   
Токменинова: Да, можно сделать из других материалов, с подсветкой, можно еще как то осовременить... Но это уже будет другое сооружение, понимаете?
 
Так вот, по какому пути нам нужно идти? Или по созданию аналогичного [монумента] — или идентичного, может быть — я не знаю, каков будет выбор художника и общества, и насколько автор будет склонен уступить права. Или восстанавливаем точно это и точно так же? А это будет, что называется, другая песня:
     

Существуют памятники, ансамбли, архитектурные комплексы, в которых ведется довыявление объектов. Выявили памятник, поместили в государственный реестр, а потом оказывается, что мы чего-то не увидели, не узнали, не раскопали и этот комплекс, ансамбль или объект можем дополнить своей новой находкой и добавить в состав этого памятника. Сорок лет — это достаточный возраст для того что бы сделать этот объект частью того  чего-то большого объекта культурного наследия, [ансамбля, в который] как часть входит плотинка. Иначе быть не может. То есть, если мы идем по второму пути, если это часть уже существующего наследия, просто снова делается экспертиза объекта и он вносится. Тем более, что государственного реестра как такового на сегодня нет...
 
Санок: Есть, и он действует.
     
Токменинова: Сергей Иосифович, вот это я лучше знаю. Там три, четыре, максимум пять наших объектов из всей области в нём присутствует! Процесс идет, реестр еще не сформировался, его нет на сегодня. Я бы сказала, что эта работа — с Краснознаменной группой — она вполне бы в этот процесс вписалась.
   
Это очень трудный путь, и я абсолютно согласна с Роленом Андриановичем [Шеиным, автором Краснознаменной группы — прим.], что это ни под каким видом не может делаться с протянутой рукой, под образование фонда: «помогите, люди!» через телевидение и все такое... Ни в коем случае, это должно быть государственное финансирование.
     
Между прочим, объект, памятник может быть до конца представлен как объект культурного наследия только в своей собственной среде, при том окружении, где он был поставлен, где он работал. В иностранных документах говорится еще тоньше: «дух места». Тогда он будет работать, и тогда он будет полноправным полноценным историко-культурным памятником, наследием.
   
Должна быть проведена очень серьезная работа с участием Архитектурной Академии, с доброй волей властей, с финансированием. И пока этот анализ ведется, я не готова ответить сегодня на целый ряд вопросов. А прежде всего, нужно решать — идем по этому пути или по другому.
     
Ведь кроме тех проблем, о которых мы говорили, есть ещё одна задача, которая лежит в плоскости нравственного состояния общества: информативность этой группы. Еще раз эта отговорка относительно того, что изображен портрет Ленина: знаете,  причинно-следственные связи истории настолько сложны, возможно эта требует разъяснения в историческом плане. Разъяснения, но не более — самое главное, что это была высшая государственная награда и совершенно о не возможно себе представить, как поколения могут быть связаны без такого символа вообще.
     
И ещё особо хотелось бы сказать, — это я уже не как профессиональный человек, а как горожанка и научный сотрудник, — что ведь, наверное, такого рода мероприятие, оно куда более значимо, и вам огромное спасибо, что вы собрали группу единомышленников. Проблемы нравственного порядка решаются именно так. Техническое обследование, все остальные вопросы решаются на раз! Куда более сложные проблемы у нас в обществе, именно этого порядка, [и восстановление Краснознаменной группы] будет работать на очень многие современные российские вызовы. Примерно так.
     
Двойникова: Мы с Людмилой Ивановной будем рады предложить услуги по своей профессиональной свой деятельности, технически и документально: решение должно принять официальный статус, все должно делаться по законодательству и по современным нормам.
     
Да, Сергей Иосифович, я не знала обстоятельств выбора места для постановки этого монумента. Его предполагали поставить возле Железнодорожного вокзала?
   
Брусницын: Это предлагалось после сноса. Когда уже поняли, что Краснознаменную группу город хочет возвращать, предлагалось большое количество мест: вокзал, УПИ и прочее.
 
Двойникова: Хорошо, понятно... Я в своем воображении сразу немного опешила и представила, как этот «красный цветок» мог встать там, и подумала, что та динамичная группа, которая сейчас стоит [Памятник Уральскому Добровольческому танковому корпусу на Привокзальной площади Екатеринбурга — прим.], она очень хорошо символизирует динамику пространства въезда в город. Вот и думаю: нет, не надо было бы ставить её туда.
     
Это натолкнуло меня на мысль о том, что это место [Плотинка
— прим.] требует статичной, надежной, не динамической группы. Почему? Потому что, действительно, это сердце города, и эта точка, она незыблема, она должна быть очень статична. И статичная композиция [Краснознаменная группа — прим.] здесь очень уместна.
     
Символические, выразительные качества и художественное достоинство этого артобъекта очень высоки. Говорили уже, что символизирует и красный цветок, и знамена, и штыки... Люди ощущают её, они чувствуют её.
     
То, что касается масштаба этого монумента, он воспринимается не только с Плотинки, не только вблизи, он воспринимается в едином пространстве видимости бассейна городского пруда. Пруд у нас средних размеров, застройка прибрежная не великого масштаба, так скажем. И нормально: это грамотное решение, несмотря на то, что многие посягали, чтобы на берег вынести большие высотные дома. У нас сейчас все это дело закрепилось, все сомасштабно: и застройка сомасштабна, и размеры зеркала пруда сомасштабны, и этот монумент, он сомасштабен элементам, которые формируют модель этого пространства, единого пространства видимости городского пруда.
     
Да, и Людмила Ивановна абсолютно права, что, действительно, главный вопрос находится в плоскости нравственного состояния общества
Краснознаменная группа заслуживает постановки в этом месте и с точки зрения истории, и с точки зрения ментальности,  и с точки зрения какой-то сакральной схемы города... Я считаю, это очень важно, и он должен быть восстановлен. Или воссоздан.
 
* * *
     
Другие выступления круглого стола «Краснознаменная группа: памятник или нет?»:
 
Сергей ПОГОДИН,
историк, писатель, публицист, кандидат юридических наук, директор Уральского Института истории России Советского периода«Краснознаменную группу надо вернуть на место. Хватит уже заниматься ерундой!»
 
Вадим ЕГОРОВ
, профессор, доктор философских наук, культуролог, академик Российской Академии Естествознания, член Европейской Академии Естествознания и Российской Академии Социальных Наук, заслуженный деятель науки и образования «Стирать зримые вехи — презренное дело!»
 
Сергей САНОК, профессор, кандидат архитектуры, завкафедры градостроительства
Уральской государственной Архитектурно-Художественной Академии «Сначала надо восстановить в полной мере — а потом решать, что дальше»
 
   

Подписаться на блог
 
 

promo artemijv february 5, 2016 12:00 49
Buy for 500 tokens
Итак, товарищи. На повестке дня восстановление Краснознаменной группы Свердловчанам пояснять не надо. Для остальных напомню: Краснознаменная группа — памятник в центре Екатеринбурга за вклад уральцев в Победу. Снесён в январе 2013 года. Город вскипел, чиновников мэрии тогда чуть не…

  • 1

В Славно нельзя. А в Екатиренбурге можно?

Пользователь v_i_n_o_d_e_l сослался на вашу запись в своей записи «В Славно нельзя. А в Екатиренбурге можно?» в контексте: [...] пикеты, и видеообращение к Президенту, и достаточно большой митинг, и вот, недавно, круглый стол [...]

Мне очень понравилась мысль одного из архитекторов, высказанная однажды в ответ на упрёк в том, что памятник устарел. Звучал примерно вот как: "Старый авиационный алюминий устарел? Тогда мы сделаем его из титана!"
В контексте ещё был упрёк в том, что материал памятника был не уральским, и что надо на этом месте ставить поделки из уральских материалов. И в этом смысле, титан ВС МПО "Ависма" был бы очень кстати))) Краситель, кстати, можно внести в саму структуру металла так, что подкрашивать памятник будет не обязательно. Помыл и он как новенький хоть через 5, хоть через 50 лет. Ну и надо ли упомянуть о том, что титан легче камня и менее разрушительно будет влиять на шлюзовую камеру плотины?

на Е1 новость:
Мэрия попросила горожан придумать оригинальные сувениры для гостей Екатеринбурга
"Конкурс проводится в целях повышения инвестиционной и туристической привлекательности города, воспитания чувства патриотизма и повышения активности горожан в обустройстве и развитии Екатеринбурга", – отмечается в постановлении главы горадминистрации.

Сразу Краснознаменная группа вспомнилась. Правда, вряд ли мэрия одобрит.

Главное предложить. И рассказать общественности. Брелок в виде КЗГ был бы очень интересен. Таких композиций в мире более нигде нет и никогда не было

Тут столько ценных слов было сказано специалистами. Например: "...Объект, памятник может быть до конца представлен как объект культурного наследия только в своей собственной среде, при том окружении, где он был поставлен, где он работал. В иностранных документах говорится еще тоньше: «дух места». Тогда он будет работать, и тогда он будет полноправным полноценным историко-культурным памятником, наследием". Какими надо быть темными, чтобы спокойно предлагать поставить этот памятник в другое место!

  • 1
?

Log in