Previous Entry Share Next Entry
Время и Безвременье – Интервью с Вадимом Егоровым
artemijv
 
Оригинал взят у krasnouhov в Время и Безвременье. Интервью с Вадимом Егоровым (Комитет по защите Исторического Достоинства)
   
Д. Сикейрос,
     
     
В какой ловушке сейчас находятся Россия и мир?
 
     
В чем отличие временного мироощущения от вневременного?
         
       
В чем сходство демонтажа Краснознаменной группы с демонтажем другого уровня – демонтажем Времени?
   
             
Обо всем этом –
в беседе с Вадимом Владимировичем Егоровым,
       
культурологом,
доктором философских наук,
академиком Российской Академии Естествознания,
членом Европейской Академии Естествознания,
членом Российской Академии социальных наук,
заслуженным деятелем науки и образования,
профессором кафедры философии УрГЭУ,
       
участником комитета по защите Исторического Достоинства
       
     
     
             


1DVwCFG_h1AКорреспондент: Я долго думал: почему нам, вам, жителям города стала так важна Краснознаменная группа с Орденом Ленина? Ответ пришел неожиданно: в одной из газет «Суть времени» была статья про «Хронотопь» – безвременье, которое словно заковало нас в свои цепи. И мы с товарищами провели аналогию: красная стела с Орденом была смысловой, исторической точкой города, точкой, удерживающей в себе время! А ее демонтаж и постановка олимпийских часов словно лишали какой-то опоры, привносили ощущение какого-то безвременья. Вы ощущаете нечто подобное?

Вадим Егоров: Да, конечно. Время как форма бытия, как способ существования материи (в том числе и социальной), придает жизни ритм и направленность. Время наполняемо человеком: человек, ощущая время, переживая его ход, бег, – выстраивает свою жизненную программу «в ладу с ним». Время организует, время придает темп, ритм, оно задает определенную мелодию поступков, действий, переживаний и размышлений...

Другое дело, что сейчас, живя в сегодняшней России, России второго десятилетия XX века, кажется, что мы попали в некую вневременную яму, воздушную яму (какие бывают у самолетов). Время как будто остановилось! Я вижу этому много причин. Например, деиндустриализационные процессы – ведь индустриальный тип жизни порождает свой уникальный ритм: цеховой двигатель, паровая пружина – они породили новый Хронос! А сейчас мы словно во вневременности, и одна из важнейших задач – преодолеть это состояние.

– А чувствуется ли оно в гуманитарных кругах?

– Увы, чувствуется. Я не скажу, что сейчас наша гуманитарная интеллигенция жарко обсуждает актуальные проблемы современности. Напротив, наши философы, социологи, гуманитарии как будто бы нашли какие-то отдельные сегменты своей деятельности, и в них только и существуют.

– Как в каморках?

– Да, словно в неких изолированных отсеках. Разумеется, проходят различные конференции, и иногда они оказываются «согреты» политикой, иногда они посвящены решению актуальных экономических задач, такое бывает. Но это не очень характерно. Мне кажется, что сегодняшнее состояние должно подталкивать к обсуждению задач, нацеленных на жизнь. В советское время у нас, да и в других городах, проводились городские семинары преподавателей гуманитарных наук. Как правило, преподающие ученые, философы, историки, социологи придавали всему этому какой-то ритм, обсуждая какие-то конкретные организационные ситуации. И они обсуждали не только философские вопросы, но и вопросы актуальные.

– Т.е. сейчас нет ощущения, что обсуждается вопрос живой, горячий?

– Именно! Все обсуждаемое должно быть согрето, согрето огнем своего неравнодушия! При этом ясно, что говорящий должен быть объективен, как профессионал, но нужна и определенная страсть! Холодная голова – и горячее сердце! Все словно и ждет трепетной, пульсирующей мысли, ощущения этого времени, которое, как выясняется, оказалось упущенным. Мы словно сошли с дистанции.

Это, между прочим, в том числе и мировые процессы, например, в экономике. Как бы нам не говорили, что мировая экономика поправляется после кризиса 2008 года, но ведь многие его причины так и не были устранены.

Предчувствие катастрофы
Иллюстрация с сайта www.i-think.ru

– Да, это довольно неуместные оправдания. Уже есть нехороший запах – от нового, будущего краха...

– Да, поэтому общественные и гуманитарные науки должны буквально кипеть, а этого нет! По крайней мере, живя всю жизнь в Екатеринбурге, я лично знаю людей, которые действительно неравнодушны, но их можно чуть ли не перечислить по пальцам, я всех их знаю. Да, эта колонна пополняется, в том числе молодежью, и я надеюсь, что это пополнение будет существенным. Но круг таких «революционеров» нуждается, во-первых, в своем расширении, а во-вторых, в придании себе творческого накала. Нужно обсуждение горячего вопроса. Центральной темой могла бы стать, например, такая: «Россия – образ будущего?». Разумеется, мы должны обращаться и к прошлому тоже, но все должно быть направленно туда, вверх. Как мы видим это будущее? Одни увидят это в новом социализме, который обращается к труженику, представителю как физического, так и интеллектуального труда. Я вижу образ будущего в новом социализме, с преобладанием крупной государственной собственности, хотя и без умаления небольшой частной собственности. Социализм много чему научился, на бесценном опыте прошлых лет. Передвижения по миру нас тоже много чему научили. Я уверен, что будущее – в советской модели социализма, учитывающей новые условия. Она должна учитывать и наши культурные коды – наши мечты, идее о «рае земном»! При этом это должно быть не манипуляцией – при ней манипулятор сам не верит в то, что делает; а актуализацией – это должно стать правдой. И к этому обязательно присоединятся «попутчики» от культурной интеллигенции, но должно быть «ядро» из людей, которые будут искренне верить, которое будет тянуться к новому идеалу. И нужны дискуссии по самым горячим вопросам, которые будут рождать новые, живые решения. В любом случае, выход из этого вневременного резервуара должен быть найден. Это актуально как для общества, так и для отдельного человека. Сегодняшнее состояние есть некая безутешительность.

– А были ли ранее такие прецеденты в истории?

– Вообще, переживание и проживание времени исторически менялось и меняется. Было разное ощущение времени: были идеи вечного цикла, круговорота, были идеи стрелы времени, наконец, была идея Гегеля об исторической спирали: последующие поколения повторяют предыдущие, но на качественно новом витке. И на новом витке спирали сперва тоже присутствует небольшой регресс, отход, но в то же время присутствуют большое движение вперед, к прогрессу! В Новое Время (Кондорсе и пр.) заявлялось, что общество идет от низших форм своей организации к более высшим, и это – путь общественного прогресса, и путь этот безграничен, за счет безграничности человеческого разума. Ситуация же безвременья, возможно, и представала перед человечеством и раньше: возьмем раннее Средневековье, о котором мы знаем не так много, как об Античности, но все же: это было такое время, которое не бежало быстро. Здесь, между Античностью и Средневековьем, чувствуется отсутствие динамики.

– Но сейчас, по моему мнению, ситуация усугубляется вторжением постмодернизма с его отсутствием целостности, с его обрывками всего и вся. Во всем этом чувствуется еще и хаотичность.

– Согласен, во всем этом есть хаотичность. Она яркая, мозаичная – это такой пестрый наряд. Если посмотреть в сущностном плане, то это есть нечто кислотное, в чем нет динамики. В нашей стране показательны наши длинные праздники: это словно остановка, остановка во всем!

Frances Berry
Иллюстрация с сайта woodenspoonocd.wordpress.com

– Как раз недавно прочитал статью Аверинцева о Бахтине (и смеховой культуре), где он пишет про особенность смеха: «Сама мысль о затянувшемся акте смеха непереносима,... и потому, что смех, который длится, есть "бессмысленный смех"». И добавляет: «Переход (от некой несвободы к свободе – прим. ред) грозит лишиться смысла, если теряет темп, а вместе с ним – живое ощущение собственной временности». Это мне напомнило о наших праздниках. Да что там о праздниках – да взять то же засилие торговых центров! Это же просто храмы потребления, там в прямом смысле убивают Хронос!

– Да, абсолютно согласен! Создаются эти торговые центры, огромные стеклянные сооружения, где время словно останавливается. Оно вроде бы и течет в количественном плане, но, по сути, там идет его прямая остановка! А смеховая стихия, действительно, может перетекать в бесконечность. Постмодерн ироничен – но это отнюдь не теплая ирония! Это довольно холодный смех.

– «Холоден и звонок смех наш вечный...»

– Именно! Ирония постмодерна не позитивна. Порой она высмеивает самое ценное в человеке: человек не может раскрыться, ведь постмодернизм высмеивает даже катарсис! Человек только открылся душой...

–...И ему наносят удар под дых. У меня был случай, когда человек смотрел репортаж о теракте на телевидении, и тут – внезапно – репортаж прервался рекламой пива. Человек погрузился в трагедию – а ему внезапно такой удар!

– Да, а ведь после нескольких попыток человек просто закроется! И душу свою спрячет глубоко! Нужна же – новая искренность, которая в буквальном смысле оживит людей! Конечно, изредка в этой иронии проглядываются моменты, которые способны согревать душу, но в большом охвате это все не то. Скажешь «дружба народов», а в ответ – «Ха-ха-ха!». Эта сегодняшняя эрзац-культура дробит все существующее. Наш космос оказался раздроблен, а человек дезориентирован. Человечество словно размагнитили, его лишили идеалов! Стоит сравнить это со временем, которое прожила наша страна с 1917 года: какой же это был колоссальный рывок! Взять хотя бы ГОЭЛРО!

– Даже Уэллс ведь отмечал, что этот план был безумнейшей авантюрой по меркам тех времен: это ладно, когда просвещенные англичане мечтают об электрификации, но осуществить это в бескрайней России?

– Да, ведь сколько воли и усилий это требует! Все ведь нужно понимать целостно: как мы пришли в 1917 году? Ведь в дореволюционной России тоже много прекрасного: стоит почитать превосходные статьи Гиляровского («Москва и москвичи»), Шмелева («Лето господне»), чтобы это понять. Но – война, разруха, дестабилизация. И что предприняла новая власть? Опять же, план ГОЭЛРО – многие зубоскалят, мол, и что с этой лампочки Ильича? Но как она удлинила человеческую жизнь! Раньше ведь как: семь часов вечера – и все, спать. А тут открылись возможности еще что-то сделать.

Т. Еленок, В.И.Ленин и план ГОЭЛРО (фрагмент росписи шкатулки)
Т. Еленок, В.И.Ленин и план ГОЭЛРО (фрагмент росписи шкатулки)

– Это же не что иное, как победа жизни над смертью!

– Да, и в практическом, и в метафорическом смысле это была победа жизни. Сейчас, зимой, пять часов вечера – уже темно. Свечи же тогда были дорогие, а керосин – не то. А электричество сделала жизнь человека больше, и это всего лишь один из аспектов ситуации. Усилился темпоритм! Появлялось радио... Понятно, что это технологии, но их появление и внедрение было ускорено властью! Двадцать-тридцать лет – страна преобразилась...

Нужен образ будущего. Нужна цель. Да, какое-то движение возможно и без цели – но куда, и в каком направлении? Все предопределяет цель. Это все воплощается в наглядных образах эпохи. Многие справедливо ругают хрущевскую «оттепель» за ее переход к идеалу потребительства, «догоним по мясу и молоку». Но там возникли и другие образы: образ «алой зари коммунизма» – многие старики, ветераны сталинской эпохи, заявляли: вот, не хочется умирать, хочется увидеть, как страна придет к коммунизму! Жаль, что страна тогда пришла к некоему умерщвлению идеалов, к их замене на потребительские хотения. А потребительство подменяет собой цели материально-духовного преображения. Конечно, потребление есть определенная часть жизни человека, но, когда это становится некой целью, когда человек озабочен обеспечением своего материального благополучия, это не закончится хорошо. В этом нет тяги к гармонии. Потребительство есть некий замкнутый круг, особенно в совокупности с беспощадным уничтожением идеалов, которое мы сейчас видим.

– Хрущев же отметился еще одним «преступлением», совершенным над временем: он демонстративно осквернил прошлое, на XX съезде. Убийство «Отца народов». Убийство отца – это же нарушение самых главных табу всех обществ! Тут даже неважно то, что в Сталине можно многое критиковать. Атакуя прошлое таким образом – лишаешься опоры, не так ли? И это всегда страшно воздается.

– Достижения прошлого окрыляют... Неслучайно ведь у многих великих актеров всегда есть некая память о своих лучших ролях, в фотографиях, пленках. Сохранение достижений помогает оставаться на плаву – и двигаться дальше. А когда эта лестница ломается – вот и останавливается время.

Еще один атрибут «безвременья»: вспомнил, в 90-ые была песня «Белая панама»: да, очень лиричная – но она никуда не ведет! Она привнесла на нашу эстраду не только безыдейность, но и статику. При этом я говорю не о том, что все подобное нужно запрещать – вовсе нет...

– На мой взгляд, сейчас в сознании человека полностью рухнула смысловая иерархия: человек порой не понимает, что должно быть – главным, а что – второстепенным. А что и вовсе должно находиться на задворках и в подворотнях.

– Согласен! Свобода творчества должна быть – но нельзя глумиться над святынями, ниспровергать культурные нормы. Вот Ерофеев – да, он в «Москве-Петушках» обсмеял очень многое, но это же было андерграудное произведение! А когда святыни разрушают в мегафон, когда со всех экранов льется это осквернение – то наше историческое время начинает пробуксовывать, и, в конечном счете, останавливается.

П. Антакольский, «Пир по время чумы»
П. Антокольский, «Пир по время чумы»

– А ведь оно не просто останавливается – оно скатывается в пропасть!

– Да. По преданию, когда Сократ шел со своими учениками на очередную философскую беседу, им встретилась Гетера, которая заявила: «Ну, Сократ, ты опять за свое. Будешь вести их к Истине, вести дискуссии. Ты вроде умный человек... А я всего лишь подмигну твоим ученикам, и каждый, ну, каждый второй побежит за мной, и цена твоим усилиям?» Сократ же ответил: «У нас задачи разной сложности – ты хочешь увести их вниз, я же стараюсь людей поднять. Это тягостная, но и благородная работа».

– Или взять хотя бы эпизод с Одиссеем и Цирцеей, которая, соблазнив путников, превращала их в свиней, которые навсегда забыли о своей цели – вернуться на свою Родину.

– Здесь абсолютно то же! А постмодернистское смехачество дискредитирует все смыслы, с которыми соприкасается. Вот, слово «революция» – уже и Евро-майдан чуть ли не зовется этим словом. Пути к верху пытались обрубить, а ведь «non progredi est regredi». И нам нужно преодолеть эту страшную энтропию, за короткий промежуток времени суметь понять и прочувствовать всю проблематику современности.

У меня в одном из материалов возник образ сегодняшней эпохи – как бесконечной дискотеки, которая все продолжается, несмотря на то, что многих танцоров уже сводит мучительная судорога... И вместе с этим в мире словно гаснет последний свет. И такими темпами тьма скоро доберется и до танцующих...

– Нам нужны Данко – и из самих себя нужно творить новых Данко! Которые осветят своим сердцем все, что погрузилось во тьму. Замечу: по-настоящему талантливых произведений искусства сейчас нет, публику лишь прикручивают к экрану на полтора-два часа, но в этом нет прорыва. Поэтому вся наша культура захлебывается, так и не создав объединяющей нас мелодии, общенационального «саундтрека» – все размагничено. А сейчас прорыв важен как никогда. Уже видна пропасть, в которую можно упасть.

collage
Слева: Изображение с сайта photo-forum.net, справа: К. Петров-Водкин, «Фантазия»

– И Европа уже немного «нюхнула» этой пропасти – ведь именно этим был насыщен теракт Брейвика – и после этого она вся зашаталась, но не предприняла ничего для исправления ситуации.

– Верно. Человек должен проснуться – и с пониманием всей ситуации двинуться вверх, перепрыгнуть черную пропасть, «черный квадрат» Малевича – на Красном коне! За нами большая история, большая культура, наша земля, наше небо... И наш человек! И вроде ушел ритм, нет музыки, но она осталась, она живет, пусть и неслышна, незрима для многих... И нужно, чтобы она заиграла явно – и чтобы наша ночь средь бела дня наконец-то закончилась и уступила свое место новому дню.

интервью – Дмитрий Красноухов,
«Суть Времени – Свердловск»


 
Источник – eot66.su
 


promo artemijv february 5, 2016 12:00 49
Buy for 500 tokens
Итак, товарищи. На повестке дня восстановление Краснознаменной группы Свердловчанам пояснять не надо. Для остальных напомню: Краснознаменная группа — памятник в центре Екатеринбурга за вклад уральцев в Победу. Снесён в январе 2013 года. Город вскипел, чиновников мэрии тогда чуть не…

?

Log in

No account? Create an account